Загрузка страницы...

Музыка для адвоката

КиноМузыка online | 09.07.2011 | Рубрика: В центре внимания | Комментарии

Музыка для адвоката

Клифф Мартинез. Фото Роберта Чарльза Манна (Robert Charles Mann) ©2011

Если допустить, что у криминальной драмы есть собственный музыкальный язык, какие-то особые темные, зловещие ритмы и что кто-то знает, как на этом заработать, то этот человек – Клифф Мартинез.

Его специальность — заблудшие души, оказавшиеся в нравственной западне. Кажется, что Мартинез улавливает и передает в своей музыке их темные флюиды. Здесь и терзаемый жаждой мести «Англичанин», и герои фильмов «Наркобарон» и «Злость», не знающие, как избавиться от чувства вины, и пестрое сборище наркоманов из фильма «Траффик». Теперь Мартинез в буквальном смысле слова отправляется в опасную поездку вместе с героем «Линкольна для адвоката». Мотив внутреннего конфликта героя раскрывается в несколько болезненных партиях ударных, нежных фортепианных партиях и в напористых, режущих гитарных рифах. Музыка Мартинеза рассказывает о том, как адвокат Мик Холлер (Мэттью МакКонахи), несмотря на свое солидное брюшко, ловко лавирует и находит лазейки в законе для своих подзащитных, пока ему не устраивают проверку на прочность. Мик защищает клиента, который не поскупится на гонорар, но выясняется, что лживость и изворотливость подзащитного могут погубить самого адвоката.

Сам Мартинез – человек гораздо более приятный и умеренный, чем герои фильмов, для которых он пишет. В начале своего музыкального пути он был ударником и играл в культово-прогрессивной группе «Red Hot Chili Peppers» и в «Волшебном оркестре» Капитана Бифхарта. Мартинез даже не думал, что станет писать для кино, до того дня, когда сборник с его композициями попал к Стивену Содербергу. В результате в 1989 году прозвучало новое слово в музыке к независимому кино в фильме «Секс, ложь и видео», резонанс от которого можно было сравнить с эффектом разорвавшейся бомбы. Работая на Содерберга, Мартинез получил возможность свободно экспериментировать. Так мир услышал беспокойные венгерские цимбалы в фильме «Кафка», раскатившиеся стеклянные шарики, которыми играли американские дети во времена Великой Депрессии, в «Царе горы», и мелодически насыщенную калипсо-симфоническую музыку для «Соляриса». Кроме того, у Мартинеза открылось уникальное видение темной стороны музыки – это мы видим в саундтреках к фильму о бывшем порнокороле  «Уондерлэнд» и к фильму «Крэйзи» о подростках-наркоманах, выброшенных на обочину жизни.  Впрочем, судя по удачной любовной теме в «Одержимых», Мартинез не чужд романтики. Но все же этот композитор сделал себе имя в Голливуде на том, что показал, насколько прекрасной и притягательной может быть опасность в «Линкольне для адвоката».  

КиноМузыка online: Вы, кажется, один из лучших композиторов, пишущих для неклассических триллеров. Как Вы считаете, что делает Вашу музыку идеальной для фильмов об испорченных, развращенных людях?

Клифф Мартинез: Возможно, помогает то, что я и сам такой. Мне нравится думать, что мне одинаково хорошо удаются «мрачное» и «психологичное» звучание. Когда герой совершенно не располагает к себе, нужно заглянуть «внутрь», к нему в душу, понять его. И тогда сможешь дойти с ним до конца. Еще на меня работает мое резюме. Меня все время просят поработать в таких фильмах и, наверное, у меня уже большой опыт и я многое умею.

КМО: Как Вы можете объяснить то, что к Вам обращаются молодые режиссеры, например, Брэд Фурман, снявший «Линкольн для адвоката»?

Клифф Мартинез: Думаю, причина в том, что я написал музыку к нескольким ранним фильмам Стивена Содерберга, вроде «Царя горы». Такие малоизвестные жемчужины люди иногда открывают для себя спустя годы после выхода фильма. Еще Брэд был фанатом фильма «Прибавьте громкость». Одного из моих первых.

КМО: Что, по-Вашему, отличает «Линкольн для адвоката» от типичного судебного триллера?

Клифф Мартинез: Я знаю, что режиссеры до смерти боятся того, что их фильмы будут хотя бы отдаленно напоминать какой-нибудь телепроект. Но я редко смотрю телевизор, так что не знаю, удалось ли нам избежать телевизионных клише. Что лично мне показалось особенным в «Линкольне для адвоката», так это то, что фильм увлекательный. А меня не так уж легко увлечь.

КМО: Какой должна быть музыка к фильму, в котором доминируют диалоги, а большая часть действия происходит в зале суда, как в «Линкольне для адвоката»?

Клифф Мартинез: Именно в этом случае умнее всего держаться подальше от зала суда. Когда я влился в команду, уже имелся хороший предварительный вариант саундтрека, но в нем были зияния – как раз в судебных сценах. Меня робко попросили попробовать написать музыку для этих сцен, а я знал, что до меня многие пытались и не справились с задачей. Я попробовал что-то сделать, но вскоре бросил эту затею. Если сразу не получается, нужно попытаться еще раз. А потом нужно бросить. Нет смысла делать из себя идиота.

КМО: Какие черты характера Мика отражает Ваша музыка? Он, по-Вашему, криминальный персонаж?

Клифф Мартинез: Скорее, я хотел показать, что у него не очень-то приятный, но неоднозначный характер. Он защищает преступников. По сравнению с ними он образцовый гражданин, так что хотелось, чтобы получилась история борьбы добра и зла, ведь герой сочетает в себе и то, и другое.

КМО: Кажется, у Мика есть какая-то внутренняя пустота, несмотря на всю его напускную браваду. Вам было сложно передать эти отголоски нравственного в душе героя?

Клифф Мартинез: Да, так и есть. И мне казалось, что в фильме все достаточно ясно показано. Но теперь, прочитав роман и сценарий и посмотрев каждую сцену сотни раз, я уже не так уверен, что мы донесли до зрителя эту сторону личности Мика. В фильме немного сцен, в которых музыка помогает ее раскрыть. Во время работы мне казалось, что важно не переборщить с эмоциями. Теперь же я надеюсь, что мои намеки были достаточно прозрачны.

КМО: Видное место в Вашей звуковой палитре занимают уникальные ударные, особенно в «Линкольне для адвоката». Расскажите, как Вы писали партии ударных для этого фильма?

Клифф Мартинез: Я когда-то был ударником в рок-группах, поэтому я не могу писать музыку, не используя ударные по полной программе. У меня давно выработался свой стиль в том, что касается ударных (как с определенной, так и с неопределенной высотой звучания), но я стараюсь адаптировать близкое мне звучание для каждого нового фильма.  Возможно, мои доработки, сделанные специально для «Линкольна», не настолько существенны, чтобы кого-то удивить, но именно для этого фильма я впервые начал создавать ударные партии с помощью сведения слоев различных металлофонов (например, стальных барабанов). Еще в «Наркобароне» я начал экспериментировать с так называемой «ритмизацией» музыкальной фактуры для инструментов с определенной высотой звучания, изучать возможности реверберации. В «Линкольне для адвоката» я продолжил исследовать ритмические и тональные характеристики музыкальной ткани на примере ударных.

КМО: Вы согласны, что Вам удалось сказать новое слово в музыке для независимых фильмов, когда вышел «Секс, ложь и видео»? И как Стивен Содерберг повлиял на Ваши музыкальные взгляды?

Клифф Мартинез: Наверное, если я отвечу «да», то буду выглядеть претенциозным болваном. Недавно я как раз общался с Ларри Блейком, любимым звукооператором Стивена, и он показал мне заново сведенные сцены из «Царя горы» и «Там внутри». Я поразился тому, насколько хороши и оригинальны эти фильмы, и был потрясен собственной музыкой, написанной много лет назад. Но когда мы дошли до «Секса, лжи и видео», я ужаснулся! По-моему, ничто в этом фильме не прошло проверку временем: прически, диалоги и особенно музыка. Я считаю, что все хорошее, плохое и злое в этих ранних фильмах нужно записать на счет Стивена.

КМО: Вы сейчас работаете со Стивеном над фильмом «Зараза». У Вас была длительная пауза в творческих отношениях. Как Вам теперь с ним работается? И расскажите, если можно, о Вашей стратегии в новом фильме.

Клифф Мартинез: Стивен очень приятный человек, и работается с ним просто прекрасно. Правда, иногда из него слова не вытянешь. Я уже получил черновой монтаж «Заразы» и сделал кое-какие наброски, но у нас еще не было сколько-нибудь серьезного обсуждения. Мы, конечно, скоро этим займемся, но пока мне нечего сказать по существу вопроса.

КМО: Вы работали во Франции, писали для фильмов «Шпионы» и «В начале». Как Вам работалось за границей? Чем отличаются методы европейских режиссеров от подходов, принятых в Америке?

Клифф Мартинез: Я написал музыку к обоим фильмам, не выезжая во Францию, не зная ни слова по-французски и даже не встречаясь лично с режиссерами (Николя Сада и Ксавьером  Джианолли). С обоими режиссерами я общался в скайпе. Они заходили ко мне ежедневно около часа ночи, и у нас было самое тесное творческое сотрудничество, какое только можно вообразить! Оба режиссера очень требовательны, и оба умеют четко формулировать задачи, что особенно впечатляет, если учесть, что английский для них – второй язык. Не буду делать обобщений о французском кино, поскольку я был занят только на двух картинах, но отмечу, что оба режиссера относятся к голливудской традиции с пониманием и огромным уважением, но у них есть и собственная уникальная традиция, которой они гордятся. Мне показалось, что у них принято чаще опираться на авторитеты, и круг самих авторитетов у французов намного шире, чем у нас. Их фильмы показались мне экзотическими и очень оригинальными во всех отношениях, но, возможно, это вполне обычное французское кино. Я надеюсь, что моя чисто американская музыка тоже показалась им оригинальной.

КМО: Вы когда-то играли в одной группе с недавно ушедшим Капитаном Бифхартом. Расскажите, пожалуйста, как он повлиял на Вас и Ваше творчество. Он, в самом деле, был безумцем и культовой фигурой?

Клифф Мартинез: Он определенно был безумцем. Культа лично я не застал, но если вы хотите узнать все об этом, почитайте недавно вышедшую биографию «Through the Eyes of Magic». В моей жизни было три встречи с великими людьми искусства, которые изменили мое сознание. Все началось, когда я посмотрел трансляцию первого выступления «Битлз» в США в шоу Эдда Салливана, затем я был ударником у Капитана Бифхарта, а чуть позже познакомился со Стивеном Содербергом. Работа с Бифхартом – одно из важнейших слагаемых моей личности как музыканта. Я не пытаюсь подражать ему. С коммерческой точки зрения это было бы мне абсолютно невыгодно. Но дух Капитана Бифхарта всегда присутствует во всем, что я пишу.

КМО: Лейбл «La La Land Records» недавно переиздал саундтрек к «Солярису». Как Вы думаете, почему эта музыка остается настолько популярной? Вы придаете этой работе какое-то особенное значение?

Клифф Мартинез: Само сочетание слов «популярный» и «саундтрек» для меня странно. Я понятия не имею, почему люди все еще слушают эту музыку. Наверное, для меня «Солярис» — то же самое, что «Гордая Мэри» для Джона Фогерти. Он все время всплывает, когда этого не ждешь, как реклама Фольксвагена. Конечно, фильм стал для меня творческим достижением. До «Соляриса» у меня была парочка небольших оркестровых опытов, но именно для этой картины я сделал масштабную симфоническую работу, да еще съемки проходили на серьезной студии «Двадцатый век Фокс». Мне известно, что это одна из лучших моих работ, но до сих пор не очень понимаю, как так получилось. Не могу сказать, что мне было очень уж сложно писать… Любой фильм ставит перед композитором определенные задачи, и как раз в умении решать сложные задачи состоит мастерство кинокомпозитора. В «Солярисе» раскрывается очень много тем: Бог, жизнь, бесконечность, любовь, смерть, обнаженный Джордж Клуни… В большинстве фильмов все достаточно понятно, и композитору просто приходится своей музыкой комментировать происходящее на экране. Но «Солярис» — один из тех редких фильмов, в которых музыка на самом деле говорит, рассказывает о чем-то.

КМО: Вы обычно не пытаетесь «попасть в ритм» эпизода, особенно если это экшн-сцена, а стараетесь передать общую атмосферу, настроение. Этим Вы выделяетесь из общей массы. Вам никогда не хотелось писать в более традиционной манере?

Клифф Мартинез: Я рад, что Вы считаете мою манеру необычной. Именно об этом я всегда тайно мечтал. Но мне важно выжить в этом бизнесе, так что я стараюсь вписываться и быть адекватным. Отношение к делу во многом определяется жизненной позицией. Я вырос на музыке определенных композиторов. Еще в юности я решил для себя, что в музыкальном мире хорошо, а что ужасно. Но личная позиция неизбежно меняется, как только начинаешь работать в индустрии, потому что о кинокомпозиторе судят не по его убеждениям, а по проектам, которые он сделал, и по людям, с которыми он работал. Мне всегда казалось, что в этом есть элемент случайности. Лично мне повезло: я начал с фильмов Стивена Содерберга, у которого достаточно «самости» и есть четкая позиция по отношению ко многим вещам. Я многое взял у Стивена. Но над традиционностью мне, конечно, надо еще поработать… Чтобы людям было легче работать со мной.

 

Беседовал Даниель Швейгер

Перевод Екатерина Юрьева




Теги: Клифф Мартинез