Загрузка страницы...

Комедии в стиле ретро

КиноМузыка online | 16.02.2012 | Рубрика: CD обзор | Комментарии

Комедии в стиле ретро

Композиторы: Кристоф Бек/ Илан Эшкери/ Людовик Бурс

Лейблы: Varese Sarabande/ Lakehouse

Есть два диаметрально противоположных подхода к музыке для комедий: стильная музыка и незамысловатая пародия. Это особенно справедливо для стилизаций под джаз 1950-х, 60-х и 70-х годов. Можно иронизировать над старой школой с помощью коротких музыкальных фразочек для духовых и развеселого оркестрового свинга, а можно с любовью цитировать старых мастеров.

Сегодняшние композиторы наивно и самоуверенно полагают, что для убедительной стилизации достаточно пары развязных саксофонов и горстки струнных. Как будто любой намек на ретро – залог успеха. Якобы звучание ретро само по себе делает пресное кино смешным. Все не так. Наивно думать, что ветераны джаза вроде Берта Бакарака сами не понимали, что джаз в кино звучит глуповато. Особенно в сумасшедших комедиях вроде «Что нового, кошечка?» и «Казино Рояль». Но они, по крайней мере, писали с любовью, а потому и получалось хорошо. Именно такая любовь к формату оркестрового свинга явно двигала композиторами, писавшими для фильмов «Как украсть небоскреб» (композитор Кристоф Бек), «Агент Джонни Инглиш: Перезагрузка» (композитор Илан Эшкери) и «Ромовый дневник» (композитор Кристофер Янг). Первые два фильма – о современных мачо, тогда как третий переносит нас в 60-е и знакомит с редко просыхающим аморальным типом.

Наверное, Бретт Рэтнер не всегда может угодить современному зрителю, подсевшему на электронную музыку, но он умеет делать смешные фильмы. Например, три части криминальной комедии «Час пик». И у него своеобразное чувство юмора. Надо же было додуматься нанять признанного мастера киношного джаза Лало Шифрина для полицейского кино с Джеки Чаном и Крисом Такером! Не знаю, почему, но Шифрин не был ангажирован для лучшей работы Рэтнера в стиле «порадуй мультиплекс» — «Как украсть небоскреб». И ничего страшного. Когда профессионал недоступен, Рэтнер делает ставку на молодость. Кстати, несмотря на свой несолидный возраст, Кристоф Бек уже слывет в Голливуде королем отвязного фанк-рока (после фильмов «Мальчишник в Вегасе», «Машина времени в джакузи», «Впритык»). Но и джазовый опыт у Бека солидный. Вспомним хотя бы фильмы «Деньги на двоих», «Афера» и «РЭД».

В новом фильме Кристоф Бек не поскупился на опасный, острый, отчаянно смешной джаз. Все лучшее более или менее присутствует в главной теме «Небоскреба»: хвастливые медные духовые, фанк-гитара, умный, ненавязчивый оркестр. И все это приправлено блестящей, звонкой синтезаторной перкуссией, привязанной к пентхаузу в том самом небоскребе. По звучанию очень близко к чистому блаженству криминального джаза 70-х годов. И гораздо ближе к Дэвиду Шайру, чем к Лало Шифрину. Конечно, в фильме есть оркестровые треки, достойные Брюса Ли и какого-нибудь фильма вроде «Выхода дракона». Или того же «Часа пик». Но если вы хотя бы немного любите культовые фильмы 70-х, то сразу узнаете насмешливые, фанковые ритмы из «Захвата поезда Пелэм 1-2-3». «Небоскреб» просто пронизан этим напористым звучанием. Правда, в трактовке Бека цитата выглядит не как воровство, а как дань уважения мастерам.

Бек не только мастерски интерпретирует оригинальные джазовые ритмы, вдохновляющие многих современных кинокомпозиторов. Он идет дальше, привнося в киношный поединок «лузеры против сноба» изрядную долю юмора. По сюжету несколько работников дорогого отеля решают по-крупному отомстить злодею, напоминающему известного строителя финансовых пирамид Мэдоффа. На стороне героя фильма Джоша – друзья, среди которых сам Эдди Мерфи, и, конечно, зажигательный джайв от Кристофа Бека.

Главная тема Бека – праведный гнев кучки неудачников, переквалифицировавшихся в бандитов. Очень напоминает «друзей Оушена», с которыми герои открыто ассоциируют себя. По ходу фильма Бек ловко добавляет мотивы риска и бешеной суеты. В кульминационной сцене ограбления напряжение в музыке достигает пика, но Бек находит место для иронии, как бы намекая, что все останутся живы. В результате получается этакий джем-сейшн, яркий и искрящийся, как бенгальский огонь.

Если Кристоф Бек всего лишь помогает незадачливым грабителям достичь вершин криминального искусства, то у Илана Эшкери задача посложнее. Ему достался катастрофически бездарный шпион, из которого нужно сделать суперагента, способного затмить самого Джеймса Бонда. Эшкери взял малый джентльменский набор, обязательный для шпионской комедии: чванливая главная тема, «непричесанная» гитара, великолепная этническая музыка для экзотических стран, в которые нашего шпиона заносит судьба. А еще струнные а-ля Джон Бэрри – для жутких злодеев и изнурительных любовных похождений. Содержимое этого композиторского несессера изрядно попахивает нафталином. Впрочем, похожий кризис наблюдается и в серьезном шпионском кино, нещадно эксплуатирующем поп-оркестровые шаблоны со времен «Из России с любовью». Так что Джонни Инглиш «перезагружается» в миллионный раз. Но главное здесь – чтобы смокинг сидел хорошо, а Илан Эшкери умеет носить свой смокинг с изяществом.

К счастью, Эшкери не пытается изобрести колесо и «переосмыслить» прекрасную музыку Эдварда Шермура из первого фильма о Джонни Инглише. Эшкери пишет в том же ключе, нагнетая напряжение и демонстрируя несомненный талант композитора-симфониста. Музыка к сиквелу немного проигрывает оригинальной по размаху, но с Эшкери точно не заскучаешь. Поражает разнообразие треков: здесь и динамичная сцена погони на крыше в лучших азиатских традициях (трек «Rooftop Chase»), и чувственное джазовое воркование влюбленных (композиция «Hypnotification»), звенящий саспенс («Lipstick Gun») и воспаряющий ввысь хор («Reborn»). Эшкери неустанно делает герою Роуэна Эткинсона инъекции адреналина, превращая неуклюжего лапочку в настоящего мачо. Если первая часть «Джонни Инглиша» была уморительной пародией на самовлюбленного Бонда из «Голдфингера», то сиквел больше напоминает «Лицензию на убийство», где на первый план выходят личные проблемы героя. Провалившийся Джонни живет в уединении, сгорая от стыда. Эшкери отчаянно и не без юмора пытается спасти репутацию горе-шпиона. При этом композитор ухитряется обыграть не только профессиональные проблемы, но и эмоциональное состояние героя. Впрочем, здесь Эшкери очень осторожен. В шпионской комедии важно держаться золотой середины. Стоит взять чуть более насмешливый тон, и получится кино о забавной горилле, запутавшейся в дурацких гаджетах. А если писать слишком серьезно, выйдет Дэниел Крэйг, взводящий свой верный «Вальтер». Конечно, Джонни Инглиш обладает грацией муравьеда, но все же остается агентом.

И еще о ретро-музыке. Когда говорят о ретро, нечасто вспоминают о тех временах, когда киномузыки не было вообще. То есть, когда уже была прыгающая картинка, но музыку еще не записывали на пленку. Я говорю о славной эре немого кино. Но на самом деле музыка тогда была и даже «говорила» вместо героев. Обычно это была отчаянная импровизация тапёра, но иногда в кино играл и целый оркестр. Киномузыка диктовала музыкальную моду: мелодии из фильмов моментально обретали популярность. Очень мало записей тогдашней музыки сохранилось до наших дней. В 20-е годы никто не думал, что записи будут кому-то нужны сто лет спустя. А в начале 30-х годов на смену немым фильмам, в которых актеры переигрывали, а музыка была слишком драматичной, пришло кино звуковое. Двойная трагедия: конец эры немого кино и конец карьеры для актеров, не обладавших благозвучным голосом.

Именно такая доля выпала герою фильма «Артист», но француз Людовик Бурс написал музыкальный портрет героя в оптимистичных, радужных тонах. Этот композитор, которому до известности остался один шаг, начинал в искрометных шпионских комедиях Мишеля Хазанавичуса (режиссера «Артиста»). Бурс написал музыку к двум блестящим фильмам о французском Бонде: «Агент 117» и «Агент 117: Миссия в Рио». В последнем много талантливо сделанных отсылок к музыке Бернарда Херрманна из фильма «На север через северо-запад». «Артист» поставил перед Бурсом сложную задачу: написать музыку к фильму, почти начисто лишенному звуковых эффектов. Нечто подобное делал Джон Моррис для фильма «Немое кино», но в том фильме все-таки было больше звуков. И Бурс сделал ставку на мелодизм.

Сам фильм очень искренний, честный. В нем не только изображение черно-белое, но вообще сразу видно, что хорошо, а что плохо. Музыка Бурса просто источает французский шарм. Еще один плюс – несмотря на то, что действие происходит в Голливуде, Хазанавичус выбрал для «Артиста» мягкий, добрый французский юмор. Это позволило Бурсу написать музыку к немой комедии без нарочитости и гротеска. Единственное исключение: сцена премьеры «Русского дела», фильма в фильме. Остальные 23 трека из «Артиста» (занимающие на диске целых 78 минут) – очень лиричные и абсолютно разные. Конечно, было бы здорово, если бы Бурс тщательнее продумал тематические связки. Но все равно «Артист» стопроцентно попадает в ноты в эмоциональном смысле.

Действие «Артиста» происходит в те дни, когда все носили смокинги, поклонники толпились в очереди за автографами, а шампанское лилось рекой. Так что Бурс начинает с легкого игривого джаза. Звезда немого кино Джордж Валентин появляется на экране под манерную танцевальную музыку, как нельзя лучше подходящую к беззаботному виду актера Жана Дюжардена. В ритмах большого оркестра несложно узнать цитаты из Коула Портера, Джорджа Гершвина и даже цыганский джаз а-ля Джанго Рейнхардт. Кажется, что Валентину обеспечены вечные праздность и народная любовь. Но вскоре весь его мир рушится под единственную песню, звучащую в фильме – переделанную заглавную песню из фильма 1936 года «Манна небесная».

У Валентина остается только одна поклонница. И она будет его ангелом-хранителем. Здесь «Артист» начинает напоминать старые фильмы «Звезда родилась» и «Поющие под дождем». Романтическая недосказанность в этих отношениях поднимает «Артиста» почти до чаплинских высот лиричности. И Бурс не отстает. Музыка для романтических сцен звучит одновременно легко и пронзительно. Нежное фортепиано, немного мелодраматичные струнные, задушевные скрипки помогают экранным героям обрести живые души и настоящие чувства. В этих сценах чувствуется влияние ранних композиторов Эриха Вольфганга Корнгольда и Миклоша Рожи.

Впрочем, композиции «L’Ombre Des Flammes» и «Ghosts From the Past» получились немного слишком драматичными. Музыка Бурса вдруг перестает гармонировать с сюжетом. Композитор вводит размашистые штрихи, появляется нарочитость, характерная для настоящей музыки немого кино. «Артист» едва не превращается в сатирическое кино. Возможно, поэтому для финала режиссер выбрал не сильную, яркую композицию Бурса «Suicide», а проверенную временем «Scene d’Amour» Херрманна, прозвучавшую в фильме «Головокружение». Конечно, финальный трек выделяется так, как выделялась бы в этом фильме музыка Моцарта.

Тем не менее, у Людовика Бурса получилась самостоятельная, чудесная музыка. Мелодичная и, по большей части, простая. Бурс не пытается удивить, а просто помогает нам представить ту эпоху, которую иногда называют золотым веком Голливуда. Музыка к «Артисту» написана с любовью, и мне было очень приятно ее послушать.

 

Даниель Швейгер

Перевод Екатерина Юрьева




Теги: Бернард Херрманн Берт Бакарак Джанго Рейнхардт Джон Бэрри Джон Моррис Джордж Гершвин Дэвид Шайр Илан Эшкери Коул Портер Кристоф Бек Лало Шифрин Людовик Бурс Миклош Рожа Моцарт Эдвард Шермур Эрих Корнгольд