Профессионалам со всего мира хорошо известен американский кинофестиваль независимого кино «Сандэнс» (Sundance Film Festival), который был основан в 1981 году актером Робертом Редфордом и группой его друзей и единомышленников.  В рамках фестиваля регулярно проводятся творческие и практические семинары. На одном из таких семинаров по музыкальному оформлению документальных картин побывал Майк Роджерс.

Представляем вашему вниманию стенограмму круглого стола, посвященного взаимоотношениям создателей документальных фильмов и композиторов. Организаторами круглого стола выступили оргкомитет фестиваля «Сандэнс» и общество по исполнительским правам, а участниками стали режиссеры и композиторы, фильмы которых были заявлены в конкурсной программе кинофестиваля.

Эдриан Гренье, режиссер («Подросток папарацци»): Я на самом деле и не думал, что мне потребуется композитор, пока мой музыкальный супервайзер, Джэнис Гинзберг, не сказала мне, что необходимо избавиться от очень дорогих песен в фильме.  Она посоветовала мне найти подходящего композитора, и я нашел идеального композитора, который добавил целый новый слой к моей истории с помощью своей уникальной музыки. В следующий раз я возьму композитора раньше.

Дэвид Торн, композитор («Безумие», «Ларс и настоящая девушка», «В лучах славы», «Подросток папарацци»): Хорошая идея. Мне очень понравился фильм и я сказал, что согласен, и что я сделаю все от меня зависящее, чтобы фильм состоялся.

Эдриан Гренье, режиссер («Подросток папарацци»): Этот фильм о таблоидах и поп-медиа, главный герой фильма – 13-ти летний мальчик. Поэтому мне хотелось использовать много попсовой, энергичной, возбуждающей музыки и это привело к тому, что вначале у нас было очень много попсовых песен, Бритни Спирс и т.п.  Но позже этот маленький мальчик стал вырисовываться, обрело форму мое отношение к нему, а также стала видна угроза его жизни, которая существует в работе папарацци. Для привнесения человеческого элемента для Дэвида Торна было важным прописать эмоциональную арку нашего молодого героя, и он настолько вошел в это, что я даже спрашивал его: «Что с тобой происходит? Ты превратился в 13-ти летнего папарацци?!»

Энтони Бернс, режиссер-дебютант: Я даже и не думал, что у меня будет шанс пригласить на картину легендарного музыканта Майкла Пенна, но после того, как автор сценария и продюсер Брэндон Фримэн многозначительно заметил, что ему нравится Майкл Пенн, я попытал удачу и пригласил композитора. К моему удивлению, Майкл Пенн любезно согласился приехать к нам в Остин, штат Техас и посетить монтажную студию. После расстановки музыки, композитор согласился подписать контракт. Я был очень счастлив. Я не поверил собственному счастью. Кинопроизводство наполовину зависит от удачи, так что мы считаем удачей то, что с нами работал Майкл Пенн.

Майкл Пенн, композитор («Роковая восьмерка», «Ночь в стиле буги»): Мне понравилась богатая, фактурная картинка фильма, которой я не видел уже давно, разве только фильмах ранних 80-х.  Так что я работал с материалом, который соответствовал этому ощущению, и все получилось просто здорово.

Питер Голуб, композитор («Отсчет до нуля»), гуру композиторских семинаров фестиваля «Сандэнс»: Когда меня пригласили на картину, я сразу же сказал создателям фильма, что временный саундтрек просто ужасен, он был направлен совсем на не то, что надо. У них было много песен, они даже купили лицензии на три песни, и музыкальная задача стояла так, чтобы не бежать впереди истории, когда у аудитории даже нет времени воспринять информацию, а наоборот, захватить внимание аудитории. 

Люси Уокер, режиссер документального фильма о ядерном оружии («Отсчет до нуля»):  Это одна из самых важных проблем, которая стоит сейчас перед нами. Если мы не решим ее немедленно, то над нами, как над биологическим видом, висит постоянная угроза.

Майкл Нэш, режиссер («Климатические беженцы»):  Наше знакомство с композитором Майклом Моллура напоминало быстро разворачивающийся роман. Фильм «Климатические беженцы» о том, как изменение климата влияет на людей, и мы снимали фильм в течение трех лет по всему миру.  Я их тех режиссеров, которые понимают, когда музыка подходит к определенной сцене, но я не могу объяснить, какая музыка мне нужна.  Я знал, что мне хотелось бы использовать какие-то народные инструменты из разных культур, и мне также хотелось слышать голос Матушки-Природы в музыке, чтобы отразить душу фильма.

Майкл Моллура, композитор («Климатические беженцы»): Фильм на самом деле о политике в отношении изменения климата и о людях по всему миру, которые не получают никакой помощи. Я старался дать собственный голос самой Земле, так что вы услышите музыку из Китая, Индонезии, Индии, оркестровые аранжировки, песнопения о выздоровлении Земли, которые исполняются на арабском языке – для меня это было духовное путешествие, и то что фильму была предоставлена возможность быть показанным здесь, на Сандэнс, для меня очень важно, потому что судьба всего мира зависит от нас.

Эяд Зар, режиссер («Таквакор»): «Таквакор» (мусульманский панк-рок, прим. ред.) – это мой первый фильм, и первый опыт работы с композитором. Я сказал композитору Омару Фаделю («Камуфляж»), что в фильме просто будет несколько номеров тут и там, но он предложил гораздо больше музыки, чем я мог себе представить. Музыка в фильме – это реальный, взятый из жизни панк-рок. Мы также использовали несколько песен в стиле панк.  Все сводилось в моно, так, чтобы у зрителя в кинотеатре возникало ощущение низкокачественного, реального, гранжевого панк-рока, что очень сильно добавило к восприятию картинки и истории фильма в целом. Я не музыкант, и мое музыкальное развитие, пожалуй, ограничивалось тем, что в школе, в старших классах, я снимал панк-группу своего друга, и это был первый фильм, который я сделал. В колледже я снял короткометражку о парне, который думал, что он – реинкарнация Боба Марли.  Вот, пожалуй, и все, что можно сказать о моем музыкальном опыте, но постепенно я осознал, что звук и картинка работают на равных, 50 на 50.

Джон Сталберг младший, режиссер «Средняя школа»:  Я вписал много музыкальных номеров в сценарий.  Потому что я слушаю музыку, когда пишу, но в фильме я использовал только 25% музыки, которую я вписал в сценарий.  Я использовал песню Фрэнка Заппы «Дешевые развлечения» (Cheap Thrills), потому что дружу с сыном Фрэнка Ахметом.  Мы с ним просто разговаривали, и он сказал, что мы должны использовать музыку его отца.  Мы также получили права на песню группы Weezer «Величайший человек, который когда-либо жил» (The greatest man that ever lived), она звучит, когда появляются титры. Для фильма мы лицензировали 21 песню. Работу музыкального супервайзера на картине выполняла моя подруга Габе Хилфер («Рестлер», «Безумие») из компании Clearsongs, так как бюджета фильма не хватало, чтобы нанять музыкального супервайзера.  Надо отметить, что эта работа была очень сложной. Кроме песен в фильме используется и оригинальная музыка, которую написал обладатель премии «Оскар», известный композитор Гарольд Фальтермайер («Двойной КОПец», «Полицейский из Беверли Хиллз», «Топ Ган»). Что я люблю в «Полицейском из Беверли Хиллз» и «Флетче», это то, что они, безусловно, очень смешные комедии, но приближенные к реальности.  Там было такое настроение, создаваемое синтезатором, оно было веселым, энергичным, и я хотел именно этого для своего фильма.  Когда я позвонил Гарольду, я сказал ему, что брал уроки игры на фортепиано когда был ребенком, и что когда все изучали классическую музыку, я выбрал его тему «Axel F» для выступления (главная тема из фильма «Полицейский из Беверли Хиллз», которая затем послужила основой для ремикса «Crazy Frog», прим. ред.). У меня есть друзья из группы Freescha, которые создают классные звуки, похожие на калифорнийские электронные, дребезжащие звуки, только они используют органичные «катушечные» звуки.  Они написали оригинальную музыку, которую мы смикшировали и наложили поверх музыки Гарольда Фальтермайера.  Для сцены, в которой герои пекут брауни, мы хотели использовать песню «Smokin» группы «Бостон», но в результате у нас звучит в ней песня группы «Metric» «Help, I’m Alive», чтобы придать более современное звучание, т.к. герои очень молоды, еще дети.  Я очень рад, как все получилось. 

Тайк Коэн, режиссер («Мальчик»):  Группа «Фонд Феникса» из Веллингтона – просто блестящая прогрессивная рок-команда и я слушал их песни, когда писал сценарий, так что это задало особый тон. Во время съемок нескольких сцен мы включали на площадке старые, жалостливые, ленивые треки, чтобы помочь актерам прочувствовать настроение. В начальном варианте, мы использовали песни таких известных исполнителей, как T-Rex и, естественно, Майкла Джексона, так как главный «мальчик» помешан на Майкле, но во время монтажа мы поняли, что международные хиты, которые стоят много денег, на самом деле не передают того ощущения, которое хотелось передать.  Так что мы использовали местные группы для создания более интимной атмосферы.  Мы долго игрались с идеей купить лицензию на песни Майкла Джексона. В оригинальной версии все персонажи смотрят клип «Триллер», но это так дорого стоило, около 500 тысяч долларов, так что я бы не смог жить дальше, если бы потратил столько денег на одну песню.

Последним в дискуссию вступил легендарный документалист Леон Гаст («Ангелы ада навсегда», фильм об американской рок-группе «Grateful Dead» и фильм о Мохаммеде Али, взявший Оскара, «Когда мы были королями».) Его новый фильм «Разбей его камеру» повествует о конфликте между конституционным правом на частную жизнь и журналистской свободой на фоне истории скандально известного папарацци Роба Галеллы и его архива, который, по сути,  является бомбой замедленного действия. Мистер Галелла, до сих пор активно занимающийся деятельностью папарацци, в фильме вспоминает о десятилетиях, запечатленных на его фотографиях. О том, что происходило за сценой в жизни наиболее почитаемых талантов индустрии развлечений, таких как Марлон Брандо, Жаклин Кеннеди, Джон Белуши, Элизабет Тейлор, Ричард Бертон, Анджелина Джоли, Брэд Питт, Фрэнк Синатра, Пол Ньюман, Роберт Редфорд, Робин Уильямс, Опра Уинфри и Майкл Джексон. 

Дэвид Уолферт, композитор («Покемон», «Гонки Наскар», «Разбей его камеру»): Я старался свести к минимуму влияние до смешного эклектичного, временного режиссерского саундтрека, в котором было все – от Ramones до Jane’s Addiction, от Нино Рота и Феллини до музыки к фильму «В порту». Я хотел придать фильму свой собственный голос, тем не менее, принимая во внимание пожелания режиссера. 

Леон Гаст, режиссер («Разбей его камеру»):  Дэвид сочинял один за другим все более красивые номера, а я постоянно требовал изменений.  В конце концов, он позвонил мне и напомнил о том, что он провел в студии уже более шестидесяти часов, а я даже и слышать не хотел, насколько был превышен бюджет.

Дэвид Уолферт, композитор («Разбей его камеру»): Леон – необыкновенный рассказчик, с чудесными идеями, и он начинает проект, всегда зная, чего он хочет.  Иногда немного сложно понять точно, чего он хочет, но работать с ним в постоянном контакте было просто подарком судьбы.