КиноМузыка online | 13.02.2012 | Рубрика: Композиторы в работе | Комментарии

Музыкальный мир впервые заговорил о Говарде Шоре, когда он начал ставить музыкальные номера в комедийном шоу «Saturday Night Live». Прошло почти 40 лет, и он поднялся на сцену Театра Кодак за своим Оскаром, а затем и за вторым. Шор прошел долгий путь, но остался все тем же творческим человеком, умеющим удивлять и удивляться. В киномузыке Говард Шор попробовал все: от трогательных историй любви до безумных триллеров. Шор написал музыку более чем к 80 фильмам. В числе прочего, он придумал веселые колокольчики для образа «Миссис Даутфайр»,  показал нам темные, глухие закоулки души серийного убийцы в триллере «Семь», написал пафосную симфоническую музыку, представив режиссера-неудачника из фильма «Эд Вуд» одиозной фигурой калибра Орсона Уэллса, создал психоделические вибрации для героев «Сканеров», умеющих убивать силой мысли, и озвучил душевную драму вампира в «Сумерках».

Общая черта всех этих разных фильмов – интеллектуальная музыка, которую сложно разложить на составляющие. Шор прежде всего тщательно продумывает мелодию главной темы и в итоге выдает звучание, достойное симфонического концерта. Именно такой подход обеспечивает Шору постоянные заказы от именитых режиссеров Мартина Скорсезе и Дэвида Кроненберга. Свои самые яркие работы Говард Шор написал для их  последних фильмов, в которых все основано на детальной психологической характеристике героя. В «Хранителе времени» Скорсезе Шор создает волшебную страну Нетландию для 12-летнего мальчика, живущего на вокзале Монпарнас, настоящую музыкальную сказку с легкими, озорными скрипками, аккордеоном и чистой радостью творчества. В «Опасном методе» Кроненберга, по-настоящему психоделической истории отношений врача и безумной пациентки, Шор отталкивается от вагнерианских бури и натиска, постепенно смягчает их и выдает откровенную, завораживающую музыку, передавая в этом симфоническом фейерверке все оттенки переживаний гениального психиатра.

Еще одно достижение Шора в минувшем году – успешное концертное турне оркестра, исполняющего музыку Шора к трилогии «Властелин колец», за которую композитор получил Оскар.

Сейчас Говард Шор вернулся в Средиземье и работает над музыкой к фильму «Хоббит: Туда и обратно». А в перерыве делится с нашими читателями итогами плодотворного творческого года.

КиноМузыка online: «Хранитель времени» — в первую очередь волшебная сказка о кино, о том, как иллюзорные образы на экране меняют действительность, дают ребенку силы мечтать даже тогда, когда впору отчаяться…

Говард Шор: В основе фильма — великолепный графический роман Брайана Селзника «Изобретение Хьюго Кабре», художественное произведение о жизни реального человека, Жоржа Мельеса. Мельес был одним из первых кинорежиссеров и одним из пионеров в использовании спецэффектов. Зритель видит историю Мельеса глазами мальчика Хьюго, живущего на вокзале по соседству с магазинчиком Мельеса. Я всегда стараюсь представить чувства и настроение главного героя фильма и выразить их в моей музыке. Мальчишки в этом возрасте на все смотрят широко открытыми глазами, их многое изумляет. Камера часто останавливается на глазах Хьюго, выглядывающего из-за часов. Так что мы смотрим на происходящее глазами мальчика, вместе с ним загораемся, увидев новый непонятный механизм. Пока Хьюго наблюдал за машинами, я следил за самим Хьюго, изучал его характер. Параллельно я тесно общался с Мартином Скорсезе и режиссером монтажа Тельмой Шунмейкер. Мы вместе обсуждали детали монтажа. Было решено не затягивать с наложением музыки. Уже в первой части отснятого и обработанного материала звучали семь законченных музыкальных тем. Позже, когда мы «перенеслись» во времени и увидели молодого Жоржа Мельеса,  я добавил темы самого Жоржа и его волшебства.  

КМО: Есть мнение, что Ваша музыка напоминает клубок ниток, в том смысле, что одна мелодия плавно переходит в другую, и зритель не всегда понимает, где проходит граница. Когда Вы пишете для семейного фильма, Вы как-то адаптируете музыку для детей, чтобы им было понятно?

Говард Шор: Опять-таки я ориентируюсь на героя. Не нужно быть ребенком, чтобы понять, что чувствует человек в 12 лет. Я много общаюсь с внуком, которому сейчас восемь. Это мне очень помогло в работе над «Хранителем времени». Мне особенно понравилось разрабатывать тему отношений Хьюго с его подружкой Изабеллой.

КМО: Для Вас было важно добавить «французского» звучания в Вашу музыку к «Хранителю времени»?

Говард Шор: Я всегда начинаю с набросков и на этом этапе не думаю об окончательном звучании, об оркестровке. Занимаюсь только гармонией и контрапунктом. Затем я перехожу к оркестровке, добавляю какие-то элементы.  В «Хранителе времени», например, я решил ввести Волны Мартено, электроинструмент, созданный в 1920-х годах. Это в некотором роде французский терменвокс. Он идеально нам подошел, потому что действие фильма тоже происходит в 20-е годы. К тому же, сюжет фильма тесно связан с механическими изобретениями того времени. Машина Мартено замечательно вписалась в мир Хьюго. Еще я использовал маленький оркестрик, какой мог бы играть в кафе той же поры. Вообще, я взял его звучание за основу всего саундтрека и просто добавил инструментов в оркестр. Всего для «Хранителя времени» мы записали 88 музыкантов. Но очень многое было завязано на солистах. 

КМО: У этой Вашей работы есть очень интересная особенность. Для сцен с молодым Мельесом Вам пришлось написать музыку, похожую на аккомпанемент для немого фильма.

Говард Шор: Мы говорим об эре немого кино, которая продлилась довольно долго, более 30 лет. В немых фильмах почти всегда был музыкальный аккомпанемент. В сцене карнавала Жорж Мельес заходит в шатер посмотреть знаменитый фильм братьев Люмьер «Прибытие поезда на вокзал Ла Сиота». Рядом с импровизированным экраном сидит пианист, играющий музыку Сен-Санса, популярного французского композитора того времени. Так что немые фильмы имели кое-что общее со звуковыми – традиционный музыкальный аккомпанемент. Вот я и старался написать что-то похожее. Под «традиционной» музыкой я понимаю то, что мы слышим в наших любимых фильмах 1930-х и 40-х годов. Это та же музыка, которую исполняли таперы в годы немого кино. Популярная классическая музыка, фортепианное соло или небольшой оркестр.

КМО: Расскажите о чудесной финальной песне из «Хранителя времени».  

Говард Шор: Она называется «Coeur Volant». Я написал ее вместе с Элизабет Котнуар и  замечательной французской певицей Изабель Жеффруа, также известной как Заз. Мы взяли для финальной песни мелодии, ранее звучавшие в фильме. Мне очень нравится, написав тему, ввести ее в начале фильма и провести через все сюжетные перипетии – от загадки автоматона до путешествия во времени. И мне особенно приятно связать эти мелодии как веревочки в конце фильма и сделать из них песню. У Заз прекрасный оригинальный голос и диапазон как у музыкального инструмента. Очень красивая получилась концовка.

КМО: Когда Вы работаете над таким проектом, Вы тоже делаете для себя открытия, как Хьюго?

Говард Шор: Да, конечно. Мне очень нравится атмосфера приключения. Киномузыка в самом деле позволяет перенестись в другой мир. В данном случае, в мир Жоржа Мельеса и Парижа 1930-х годов. Почему бы не отправиться туда? Прекрасное место, замечательное время.  

КМО: В прошедшем сезоне Вы также писали для более «взрослого» фильма «Опасный метод». Мне кажется, что это Ваша лучшая работа с Дэвидом Кроненбергом. Музыка вышла удивительно лиричной по сравнению с другими Вашими совместными проектами. Вам тоже такпоказалось?

Говард Шор: Ну почему же? В «Связанных насмерть» и «М. Баттерфляй» тоже очень красивая музыка.  По-моему, само время действия «Опасного метода» очень располагает к лиризму. Это граница двух столетий, как раз то время, когда Жорж Мельес снимал свои фильмы.  

КМО: В «Опасном методе» Вы обыгрываете вагнеровские мотивы, даете им более спокойную, мирную трактовку. Сложно было интерпретировать музыку великого композитора?

Говард Шор: Вагнер написал «Зигфрид-идиллию» ко дню рождения жены Козимы. Авторская инструментовка предполагала небольшой камерный оркестр, что по масштабу идеально подходило для фильма. Часть действия фильма происходит на вилле Карла Юнга на берегу Женевского озера. Когда я вспомнил, что Вагнер создал свою «Идиллию» на озере Люцерн,  мне стало ясно, что произведение нам подходит и что обработка «Идиллии» для фортепиано  – идеальное решение для «Опасного метода».

КМО: В последнем фильме об истоках психоанализа («Фрейд») звучала очень темная, тревожная музыка, принесшая Джерри Голдсмиту Оскара. Вы же написали для «Опасного метода» совсем другую музыку. Как Вам удалось передать ту же бурю эмоций гораздо более скромными средствами?

Говард Шор: Один из выигрышных моментов для меня как композитора — одержимость пациентки Сабины Зигфридом. Фрейд говорит ей о недостижимом идеале, богоподобном существе, за которым она сможет лишь наблюдать издали. Все это – часть ее психического расстройства. Так что я проводил явные параллели между Зигфридом и музыкой Вагнера. Я не столько писал для конкретных сцен, сколько выстраивал связи между оперой Вагнера и той историей, которую рассказал Дэвид.  

КМО: Один из лучших концертов, на которые я сходил в этом году, — живое представление музыки из «Братства кольца». Это было похоже на трехчасовую сессию записи оркестра. Расскажите, пожалуйста, об этом концертном турне. Как оно вписывается в общую концепцию «живой» киномузыки?

Говард Шор: Когда пишешь для фильма, трудно представить, как будет звучать цельный саундтрек. Я по-настоящему услышал и оценил свою работу только после выхода диска для «Братства кольца». И понял, что все это можно сыграть в концертном зале. Мне хотелось представить «Братство кольца» целиком на суд большой аудитории. И мне показалось, что интересная форма представления – пустить параллельно видеоряд из фильма. Я надеялся, что нам удастся дать одно-два таких представления, хотя это очень сложно сделать. Я обратился к Людвигу Вики, швейцарскому режиссеру и моему давнему знакомому. Я предложил ему возглавить проект, и, к счастью, он согласился. Это ему нужно сказать спасибо за прекрасные концерты. Придя на концерт, я словно в первый раз увидел фильм. Вернее, я услышал фильм и увидел музыку. Все было очень зримо. Сидя в зале, я чувствовал флюиды 240 музыкантов на сцене. Даже цвета в фильме были не такими, как прежде. Это удивительный опыт —  одновременно и концерт, и кинопоказ. Можно сравнить такое представление с аккомпанементом к немому кино, о котором мы уже поговорили. В этом есть что-то очень чистое. Публика так тепло приняла «Братство», что мы сделали живые версии «Двух башен» и «Возвращения короля». Людвиг объездил с концертами весь мир. Ему помогает Эрик Ошнер, который и сам дирижировал на нескольких концертах. Однажды они даже дали два концерта в разных городах за один вечер.

КМО: Было бы здорово еще убрать диалоги и показывать фильм с субтитрами. Вы не мечтаете о такомпоказе «Братства кольца»?  

Говард Шор: Нет, у Толкиена замечательные диалоги. Их никак нельзя выбросить из истории.

КМО: Вам предстоит новое эпическое путешествие в Средиземье. Вы уже ездили в Новую Зеландию, где Питер снимает две новых части «Хоббита»?

Говард Шор: Да-да! Я сейчас очень активно работаю над «Хоббитом». Обожаю Толкиена и очень люблю творчество Питера. Он снимает потрясающее кино, очень привлекательное для композитора. Мне ужасно интересно, что будет дальше. Я никогда не устаю от «Колец», потому что каждый фильм в серии – особый фантастический мир. Но с каждым фильмом становится сложнее писать. Когда вышло «Возвращение короля», я думал, что сделал все, на что способен. Теперь впереди еще два фильма, и мои ощущения сравнимы с самочувствием альпиниста у подножия Эвереста. Но все равно я рад. «Хоббит» очень вдохновляет.

КМО: После «Хранителя времени» и «Опасного метода» Вы, наверное, можете рассказать, что дает композитору постоянное сотрудничество с режиссерами ранга Мартина Скорсезе и Дэвида Кроненберга.

Говард Шор:  Я думаю, что гораздо легче работать, когда достигнешь определенного уровня доверия. И чем дольше работаешь с такими людьми, как Марти, Дэвид и Питер, тем увереннее можешь опираться на достигнутое и идти дальше. Но дело не только в режиссерах. Есть еще монтажеры, операторы, художники и декораторы. Без этих людей не снимешь хорошее кино.

 

Беседовал Даниель Швейгер

Перевод Екатерина Юрьева


Теги: Говард Шор



Показать все теги