КиноМузыка online | 29.04.2012 | Рубрика: Особое мнение | Комментарии

Сложно представить более спорный вопрос в области прав на исполнение, чем идея «единой ставки». Согласно этому принципу все жанры и музыкальные формы в денежном выражении оцениваются одинаково: песни, темы, музыка к фильмам, музыка для рекламы, анонсов, трейлеров оплачиваются по одной ставке. Не следует путать  единую ставку с гибкой сеткой ставок отчислений, составленной с учетом зоны трансляции (местная станция или национальная сеть), времени суток и других рыночных факторов. Но единая ставка предусматривает освобождение исполнителей от дополнительных выплат и штрафов за любое воспроизведение музыки любого жанра в течение определенного периода. Идею впервые воплотили в жизнь в 1998 году, когда Английское общество защиты прав исполнителей (PRS) перешло на практику единых ставок, известную в Англии как «равномерное распределение».

Пока весь мир наблюдает за внедрением идеи в практику и смотрит, как она повлияет на доходы композиторов и песенников, мы попросили двух профессионалов – инсайдеров поделиться своими соображениями по вопросу единой ставки. Мы признательны композиторам Лесу Хердлу и Гарри Шиману за подробные ответы на наш вопрос.

Лес Хердл – член Американского объединения композиторских организаций, пишет песни и инструментальную музыку.  

Гарри Шиман – кинокомпозитор и автор музыки для телевидения, сопредседатель Комитета по защите прав исполнителей и вице-президент Общества композиторов и поэтов-песенников.  

Единая ставка: справедливость, равенство и конец дискриминации

Лес Хердл: Единая ставка – методика, на которую американские общества по защите авторских прав могут перейти в любой момент. Это означало бы справедливое вознаграждение для всех музыкальных жанров. Размер выплат рассчитывался бы только исходя из времени трансляции. Я вижу в этом конец дискриминации и начало равноправия. В конце концов, кто дал обществам право судить, какая музыка лучше? Пора нам добиваться справедливости.

Английское общество защиты прав исполнителей осознало абсурдность формул, коэффициентов и разброса в тарифах. И перешло на единую ставку, когда государство (в лице Комиссии по монополиям и слияниям) указало на дискриминационный характер коэффициентов для композиторских ставок. Один из руководителей PRS официально заявил: «Все очень просто. Совет директоров PRS решил, что не имеет право оценивать значимость музыкальных произведений, и устранил перегибы в распределении авторских отчислений».

На заре радио и телевидения песни были «твердой валютой» в культурном и политическом смысле. Теперь уже нет. Анализ музыки в среднем телешоу или фильме, проведенный экспертами индустрии, показывает, что 90% составляют инструментальные композиции, 7% — песни и 3% — темы. Однако существующие тарифы не соответствуют этой картине.

О разнице в тарифах упоминалось и в статье в «Нью-Йорк Таймс», рассказывающей о короле рекламной музыки Стивене Кармене.  Там был такой пример: песня Коула Портера, исполненная на церемонии вручения премии, приносит издателю и наследникам автора 1 250 долларов, а музыка к рекламному ролику на телевидении, который помогает окупить недешевую трансляцию церемонии, дает композитору только  37,5 долларов отчислений. Правила ASCAP позволяют оценивать исполнение джингла в 3% от стоимости исполнения музыки в кино (обычно песни). По сравнению с песнями, темы и другая киномузыка тоже получают мизерные отчисления. Только не подумайте, что я работаю на BMI или SESAC.

Общества защиты авторских прав взяли на себя роль верховной инстанции в распределении миллионов долларов лицензионных взносов, которые платят за музыку радио и телевидение. Но почему при этом некоторые жанры ставятся выше других? Где логика в проведении границы? Нужны ли вообще ставки, делящие композиторов на богатых и нищих? Почти все скажут, что нет. У песен нет никакого «права первородства», позволяющего повышать для них ставки.

И здесь важно учесть еще один факт. Радио и телеканалы платят ASCAP и BMI одинаковые суммы за минуту трансляции тем, киномузыки и джинглов. Но существующие ставки ASCAP создают разницу в отчислениях конечным получателям в 3 000% (песни против музыки для рекламы). Чтобы рассчитать возможные доходы композиторов от введения единой ставки в США, мы обратились к организациям, наблюдающим за исполнением авторских прав,  с просьбой предоставить данные о текущих отчислениях, включая гарантированные отчисления, бонусы, надбавки за стаж и пенсионные вычеты. Все наши запросы остались без ответа.

С практикой единой ставки связано много домыслов и слухов. Но есть и факты. Например, я, как член  Английского общества защиты прав исполнителей, знаю, что мои доходы от британских отчислений выросли более чем на 30% после введения единой ставки в 1998 году. Возможно, у других членов общества иная статистика. Я знаю, что у многих рост доходов гораздо серьезнее. Так что прогноз для американских композиторов довольно оптимистичный.

Можно ли считать разумной систему оплаты, при которой попираются права композиторов? Если композиторы (особенно избранное руководство соответствующих обществ) не хотят относиться к своим коллегам справедливо и уважительно, то от кого ждать помощи обделенным?

Перед тремя американскими организациями, наблюдающими за исполнением авторских прав, стоит сложная задача. Сегодня ни одна из них не способна точно отслеживать трансляции произведений своих членов и правильно начислять выплаты. Технологии идут вперед семимильными шагами, но защитники авторских прав, похоже, не заинтересованы в новых методах (например, в цифровых водяных знаках для фонограмм). Американские и зарубежные композиторы понимают, что им недоплачивают за воспроизведение музыки, и изучают способы борьбы с несправедливостью. Например, некоторые известные телевизионные шоу перешли на прямое лицензирование, чтобы платить за использование музыки непосредственно композиторам и песенникам, полностью минуя авторские организации.  Но и здесь не обходится без подводных камней. Композиторы по-прежнему не защищены.

Пока еще в силах ASCAP и BMI сохранить то, что они построили за последние 100 лет. Если они сделают одну несложную вещь: станут платить композиторам, песенникам и издателям за музыку, звучащую в эфире, по честным, одинаковым расценкам. Так, как поступило британское общество PRS. Единая ставка: просто, честно и экономично.

Единая ставка с точки зрения композитора, пишущего для кино и телевидения
 

Гарри Шиман: Права на исполнение – основа дохода кинокомпозитора. Поэтому нужно хорошо подумать, прежде чем кардинально менять сложившуюся систему отчислений. Сразу оговорюсь: я пишу для кино и телевидения и забочусь о собственных интересах и интересах моих коллег. За «единую ставку» ратуют в основном композиторы, пишущие для библиотек и рекламных кампаний. И небезосновательно – им такие перемены сулят огромную выгоду. ASCAP и BMI только распределяют полученные отчисления и не могут в одностороннем порядке повысить расценки для радио и телевидения. Значит, деньги на увеличение выплат «библиотечникам» и рекламным композиторам возьмут из чьего-то кармана, а именно – у кинокомпозиторов и песенников (многие работают и в той, и в другой сферах).

У тех, кто пишет для библиотек и рекламы, есть полное право требовать повышения ставок. Но и мы вправе противостоять переменам, если чувствуем, что они экономически невыгодны для нас. Идею «единой ставки» часто подают в красивой обертке, говорят о справедливости и равноправии композиторов. Но неужели вы думаете, что сторонники этой идеи выступали бы с той же страстью, если бы им грозило снижение доходов?

Стоимость исполнения зависит от того, как используется музыка, от длительности и времени трансляции. Главный вопрос здесь – для чего используется музыка. И для начала  я вкратце расскажу о разных категориях музыкальной продукции и их использовании. Наивысшая ставка отчислений действует для песен. Обычно это популярные хиты, и высокая ставка обусловлена тем, что эта музыка привлекает внимание большого числа слушателей. Исполнение песни считается полным, если длится не менее 45 секунд (за короткие трансляции платят меньше). 45 секунд трансляции в прайм-тайм могут стоить 1 400 – 1 800 долларов в зависимости от других условий. Ставки для других категорий музыки не только привязаны ко времени, но и составляют некоторый процент от стоимости полного исполнения песни.

Что произойдет, если начать оценивать любую музыку только по длительности звучания? Давайте возьмем гипотетический часовой эпизод телесериала на серьезном канале в прайм-тайм. Если в нем звучит тема и 20 минут фоновой музыки, композитор может получить до 4 200 долларов. Но на 45 минут кино в этом часе приходится 15 минут рекламы и анонсов. Композиторы, пишущие для них, делят между собой 800 долларов. Предположим, что час стоит 5 000 долларов в авторских отчислениях. Что будет, если вся музыка будет стоить одинаково? Композитор сериала получит 3 400 долларов, то есть его доход сократится на 19%. Композиторам, пишущим для рекламы, достанется 1 600 долларов и 100-процентная прибавка. Это приблизительные суммы, но они хорошо показывают, что произойдет при переходе на единую ставку.

У меня есть две причины не считать такое деление справедливым. Во-первых, зрители садятся перед экранами, чтобы посмотреть фильм, а не рекламу и анонсы. Люди станут смотреть шоу без рекламных пауз? Да! А целый час одних только рекламных роликов? Вряд ли. Во-вторых, джингл пишется один раз и воспроизводится многократно. Его можно слышать десятки раз в день на протяжении нескольких недель. А музыка для фильма транслируется в прайм-тайм один раз. Хорошо, с повторами – два. Это означает, что автор джингла может получить в разы больше, чем композитор сериала, за тот же объем музыки. Но кинокомпозиторы еще должны заботиться о драматизме, о том, чтобы привлечь зрителей. Именно за это нам платят телеканалы.

Ирония ситуации в том, что единая ставка может навредить самим композиторам – «рекламщикам». Телеканалы могут потребовать у них продажи прав на исполнение, чтобы сократить затраты на очистку прав до разумных пределов. Один из главных доводов «рекламщиков», желающих перетянуть кинокомпозиторов на свою сторону, в том, что мы все выиграем, если добьемся отмены высоких расценок для песен и поделим деньги. При этом на грани разорения окажутся многие песенники и авторы текстов. Еще нужно помнить, что песни, особенно хиты, могут существенно усилить шоу и придать ему индивидуальность (а зачем иначе продюсеры платят бешеные деньги за лицензии на синхронизацию?). И в любом случае, подсчитано, что уравнивание расценок для всех видов музыки принесет обычному композитору, пишущему фоновую музыку, всего лишь пару процентов дополнительного дохода за счет отмены высоких ставок для песен. Если учесть, что многие кинокомпозиторы одновременно являются песенниками, то ясно, что большинство из нас в этом не заинтересованы. Таким образом, введение схемы единой ставки существенно ударит по кошельку композиторов, работающих в кино и на телевидении.

 

Марк Нортам

Перевод Екатерина Юрьева


Теги: Гарри Шиман Коул Портер Лес Хердл Марк Нортам Стивен Кармен



Показать все теги