КиноМузыка online | 15.05.2012 | Рубрика: Технологии | Комментарии

Калифорнийский композитор Майк Верта – талантливый джазовый пианист и сессионный музыкант. Он написал музыку  для огромного множества рекламных роликов, телесериалов, короткометражных фильмов, театральных спектаклей, аттракционов в парках развлечений, мультимейдийных проектов. Еще у Верта записано несколько сольных джазовых альбомов. Он живет в Лос-Анджелесе с женой, актрисой Дэникой МакКеллар, и сыном Драко.

В прошлом году композитор Майк Верта на собственные, честно заработанные деньги записал свою небольшую композицию для оркестра на знаменитой студии «20 век Фокс» в исполнении лучших музыкантов. Также для записи музыки Верта пригласил легендарного звукорежиссера Шона Мерфи. У Майка была готова предварительная версия в сэмплах, на которую он возлагал большие надежды.  Но когда дело дошло до живого исполнения, композитора ожидал не один сюрприз.

Я спросил Майка, чем для него отличается подготовка предварительной версии вещи, которую затем сыграет оркестр, в сэмплах и просто чисто электронной или гибридной версии.

Он ответил, что в любом случае руководствуется одним и тем же правилом: «Звучание вторично, а первична атмосфера. В музыке должно быть заложено достаточно эмоций, драматизма, чтобы удовлетворить слушателя».  

Верта добавил, что все-таки его конечная цель – записывать живую версию там, где это возможно. Поэтому важно не готовить «слишком хорошие» эскизы. Иначе велик риск того, что они так понравятся заказчику, что отпадет необходимость в записи оркестра. С другой стороны, если предварительная версия слишком несовершенна, клиент может вообще не разглядеть потенциал музыки. Майк Верта рассказал, что были случаи, когда качественная предварительная версия помогала завоевать доверие заказчика. В таких случаях он говорил: «Если вам кажется, что это хорошо, дальше вас ждут еще более приятные открытия». И часто после этого ему утверждали достаточно серьезные бюджеты.

Майк также полагает (и я с ним согласен), что не все способны опознать сэмплированную версию, но если им дать послушать по очереди сэмплы и живой оркестр, они услышат и, главное, «почувствуют разницу».

Майк сильнее верит в ощущения, чем в технику, и поэтому не занимается квантованием MIDI. Нужно сказать, что Верта – талантливый и опытный пианист, способный быстро подобрать то, что задумал, на инструменте. Майк считает, что композиторская манера исполнения на сэмплированном инструменте  играет огромную роль в создании правдоподобного звучания. Верта советует молодым композиторам тратить меньше времени и сил на изучение обработки нот в MIDI-редакторе, а лучше совершенствовать владение клавиатурой.

Учитывая убежденность Майка в большей силе эмоционального воздействия живого оркестра по сравнению с сэмплами, я был удивлен, узнав, что Верта не вполне доволен результатом, полученным в топовой студии с лучшим звукорежиссером и опытными музыкантами. В частности, он был разочарован динамическим диапазоном и недостатком драматизма в исполнении оркестра.

Майк видит несколько причин неудачи:

  1. Очень сложный материал, который музыканты не успели осмыслить.
  2. Улучшение качества сэмплов со времени его последней аналогичной работы для оркестра такого размера.
  3. Он уделил сэмплированной версии неоправданно много времени. Эти шесть с половиной минут музыки он писал почти две недели. Конечно, подобное невозможно на проекте с фиксированным дедлайном. Майк уделил сэмплированной версии так много внимания потому, что это помогло ему улучшить динамику и понять, как расписать артикуляции в партиях отдельных инструментов. Но вышло так, что сэмплированная версия тоже стала «любимым детищем».
  4. На записи возникли технические проблемы, помешавшие композитору сосредоточиться всецело на игре исполнителей.

Но в конечном итоге, после пересведения Майк остался доволен записью. Он уже успел показать обе версии клиенту, который затем заказал Майку Верта музыку для фильма, основанную на живой версии композиции. Предполагается, что в работе над фильмом также примет участие Лондонский симфонический оркестр.

Вернемся к «Технологиям». Ниже размышления Майка Верта по поводу его «кремниевого оркестра». Недавно я слушал две электронные версии одной знаменитой композиции (они доступны на сайте Майка): версию Верта и работу другого известного мастера сэмплов. Последняя, пожалуй, больше напоминала симфонические прочтения этой композиции, звучала более «реалистично», если хотите. Но версия Майка оказалась интереснее и приятнее. Я всегда говорил, что «хорошее» звучание более ценно, чем «реалистичное». Эти две характеристики не всегда совместимы, и мой пример еще раз это доказывает.   

Майк так прокомментировал ситуацию: «Мой замысел состоял в том, чтобы получить и правдоподобный виртуальный оркестр, и эмоциональное звучание. Но в сутках всего 24 часа. Если хотите добиться реалистичности, то большую часть времени вы потратите на шлифовку сэмплов – на контрапункт, на оркестровку и т.п.  Но если есть такой выбор, я предпочитаю поработать над эмоциональной стороной музыки. Сильная, драматичная подача может сгладить многие огрехи сэмплов, но не наоборот».

Майк согласен, что мы, композиторы, должны учитывать плюсы и минусы сэмплов точно так же, как учитываем сильные и слабые стороны настоящих исполнителей. Нельзя заставить музыканта или электронный инструмент сыграть то, что нам хочется, если для них наш замысел не подходит. Лично мне кажется, что кинокомпозитору, для которого привычное дело что-то менять в музыке по требованию заказчика, не пристало вставать в позу, обычную для тех, кто пишет для концертных залов, и говорить: «У меня в голове все звучит именно так, и только так это нужно играть».

Майк в целом согласился со мной, но указал на один существенный минус такой «приспособленческой» позиции: «Библиотеки сэмплов дают очень ограниченные и очень похожие наборы базовых артикуляций. Поэтому музыка стала более однородной, усредненной. Все вынуждены работать с инструментами, возможности которых можно пересчитать по пальцам. Вот все и прописывают для этих инструментов одни и те же ходы. Неслучайно вездесущими стали большие барабаны. Их так много, что это уже начинает выглядеть смешно. Но такие инструменты есть у каждого, и они дают нужный эффект, так что им и дальше найдется место в разного рода эпических фильмах.  И если из ваших струнных сэмплов лучше всего звучат спиккато, если имеется отличный готический хор, то вы будете снова и снова использовать именно их. Так что в усредненности современной музыки виноваты одинаковые сэмплы».

Я заметил, что есть хорошие новости. Новые библиотеки умеют гораздо больше, чем их ранние предшественницы. Теперь композитору, пишущему сэмплированную или гибридную музыку,  есть куда расти. И с каждым годом все реже приходится идти на компромисс.

Майк поддержал меня и добавил, что предварительные версии, которые больше других нравятся ему и мне, написаны композиторами, имеющими опыт работы с живым оркестром. Такие люди знают, как музыка будет звучать в исполнении настоящих музыкантов, и стараются приблизить свои сэмплированные наработки к этому результату. Мастерство и опыт очень важны. По мнению Майка Верта, Джерри Голдсмит гораздо лучше управлялся бы с виртуальными инструментами, чем молодой человек с огромным арсеналом библиотек, но без композиторского опыта. И еще: иногда библиотеки нужны для того, чтобы делать вещи, которые у живого исполнителя просто не получатся или получатся хуже.  Например, сыграть большой аккорд до-минор. И наоборот – наверное, лучше всего доверить живому оркестру то, что недостижимо в сэмплах. Там, где нужны шарм и блеск. Верта уверяет, что в жизни не отличит одну ноту, сыгранную настоящим валторнистом, от той же ноты, взятой из библиотеки «Hollywood Brass», потому что недостаточно контекста. В общем, для всего есть свое время и место.  

Затем мы обсудили шаблоны. У Майка в студии работают 2 Макинтоша, и на обоих стоит «ProTools». Еще на одном компьютере установлена «Vienna Ensemble», но последняя пригождается нечасто. Верта всегда считал, что его оркестровый шаблон перегружен лишними опциями. Он говорит: «Мне нужен быстрый шаблон. Мне не нравится думать, глядя на готовую партию: хорошо, половина пойдет в один трек, а остальное я вырежу и вставлю в другой трек. У меня не хватает на это терпения. Очень много уходит времени, и настроение теряется. Еще я не проигрываю полностью каждый из 900, например, треков, которые пишу. Достаточно того, что я вижу нотный лист и представляю себе партии. Наверное, поэтому мои предварительные версии уступают в точности работам некоторых моих коллег. Но мне важно получать удовольствие от работы, а с таким количеством рутины это было бы невозможно. Еще у меня уходит так много времени на разработку мелодии, контрапункт, гармонию, оркестровку, что я не могу себе позволить выдерживать остинато 30 секунд. То есть, не могу по-настоящему сыграть каждый прописанный шаг и убедиться, что все звучит реалистично. Тогда бы у меня на каждый фильм уходило по 10 лет. И часто мне приходится делать нелегкий выбор: интересная музыка или совершенный звук. Мне кажется, наша маниакальная погоня за правдоподобным звучанием – результат того, что решающее слово сейчас не за композитором, а за продюсером. И я не уверен, что это хорошо. Тем не менее, оркестровые библиотеки – отличный инструмент».

Джей Эшер

Перевод Екатерина Юрьева


Теги:



Показать все теги